Казахский скот ушел в Узбекистан

Скачок цен на живой скот произошел в Казахстане. Он связан с тем, что Минсельхоз РК разрешил вывозить бычков и баранчиков за границу. В ближайшее время и в рознице ожидается рост стоимости мяса на 20% — с 2 500 до 3 000 тенге.

 

Голодный рынок

Узбекские покупатели активно работают на рынке Казахстана с ноября 2020, когда мораторий на экспорт КРС и МРС подошел к концу. В месяц за границу уходит как минимум по 10 тыс. голов КРС и столько же — МРС. Соседи скупают любой скот, после годового «голодания» стараясь загрузить свои мясокомбинаты. На фоне дефицита скота цены на мясо в Узбекистане росли весь прошлый год и поднялись значительно выше казахстанских. Это позволяет гостям с юга сейчас предлагать казахстанским фермерам за скот значительно больше, чем могут себе позволить местные переработчики, зажатые в тиски низкой платежеспособности населения и отсутствия спроса со стороны сегмента HoReCa.

Как рассказал Азамат Шалмагамбетов (на фото), директор мясоперерабатывающей компании MB4, два года назад он приобрел небольшой мясокомбинат в Акмолинской области, до этого простаивавший много лет. Так он решил расширить бизнес, до этого заключавшийся в поставках ресторанам высококачественного мяса, дозревшего по запатентованной технологии.

Читать по теме: Что будет с ценами на мясо в 2021 году

Однако новый этап развития для компании пришелся на сложный период — в 2019 году более 150 тыс. голов КРС и 230 голов МРС живьем ушли в Узбекистан и другие сопредельные страны, оголив внутренний рынок и лишив местных переработчиков сырья (cобственно, после этого и был введен мораторий на экспорт скота).

Однако в 2020 легче не стало — сначала из-за карантина закрылись кафе и рестораны, а население было вынуждено экономить каждую копейку из-за снижения доходов. А осенью, когда и пришло время забивать подросший за период моратория скот, Минсельхоз проявил удивительную непоследовательность и открыл шлюзы. Скот хлынул наружу.

 

Выход мяса

Итог уже виден: скота все меньше. А тот, что остается, предлагается по выросшим ценам. Если еще недавно они составляли 800-850 тенге за килограмм живого веса, то сейчас поднялись на 20%. 

— Все начало тормозиться уже в конце 2020, — пояснил Азамат Шалмагамбетов. — То есть предложения скота становилось все меньше, поскольку он активно пошел в Узбекистан.

А сегодня я обзвонил 21 хозяйство в Акмолинской области. У многих из тех, с кем мы давно и хорошо работали, все поголовье ушло на  юг. А у тех, у кого скот есть, цены поднялись. Сейчас за живой вес просят 1000 тенге за килограмм. До открытия экспорта на коров цена была 700-750 тенге за килограмм живого веса, на бычков 800-900. Причем, думаю, нынешняя 1000 тенге — это не предел.

Что это значит? При цене живого скота в 1000 тенге и выходе мяса 55%, себестоимость килограмма говядины будет примерно 2000 тенге. Плюс расходы на транспортировку, убой, торговая наценка. Если сейчас магазины продают мякоть по 2400-2500, произойдет рост на те же 20%, на которые увеличилась себестоимость. То есть на прилавках мы увидим ценник в 3000 тенге/килограмм.

— Розница — это одно, хотя мы и по нынешней цене продаем мясо с трудом, — отметил Азамат Шалмагамбетов. — А что делать с тендерами, по которым у многих переработчиков жесткие обязательства по цене? Детские сады, школы, интернаты. Как теперь выполнять условия поставок?

Читать по теме: Алмасбек Садырбаев — Мясо дорожает по вине Минсельхоза

Что самое печальное в этой ситуации — казахстанского скота на рынках все меньше, а его место занимает мясо из Беларуси. Это говядина низкого качества от забоя отслуживших свое молочных коров. И это казахстанцам придется есть. Причем с этим же мясом поставщики также участвуют в тендерах в те же школы и детские сады, устанавливая цены в 1430-1450 тенге. Конкурировать с ними отечественные переработчики не могут. Есть поставки из России, в этом случае цена говядины 1600-1700, что тоже ниже отечественной продукции, с учетом «узбекского» роста.

 

Рояль в кустах

Тут самое время вспомнить, что МСХ РК открывало экспорт бычков и баранчиков в рамках квот. Однако о размерах этих квот пока никому не известно (как и о том, кто и как будет их распределять). А тем временем скот из страны беспрепятственно вывозится.

Непродуманность этого решения переработчиков шокировала. Ведь страна имела все возможности продавать узбекам мясо, а не живой скот. Но упустила ее.

— Рояль надо настраивать гораздо тоньше, чтобы он хорошо звучал, — отметил Азамат Шалмагамбетов. — Смотрите: после того как Казахстан ввел запрет на экспорт скота, в Узбекистане возник дефицит мяса. И в этой ситуации нашему правительству нужно было вести переговоры с узбекским о поставках мяса. Экспорт мяса Казахстан не запрещал, и вывозить его было вполне возможно. Таким образом, правительство РК решило бы сразу несколько задач: и загрузило бы перерабатывающие предприятия, и обеспечило бы сбыт фермерам. Для этого нужно было только одно — политическая воля, чтобы сесть за стол переговоров и начать разговаривать. Тогда бы у нас пошла вся цепочка.

Вместо этого, как мы помним, осенью прошлого года Узбекистан внезапно «выдумал» ветеринарные проблемы в ряде регионов Казахстана, включая Акмолинскую область и Шымкент. И ввоз мяса оттуда запретил, так же, как транзит через свою территорию.

Читать по теме: Животноводы Шымкента не могут экспортировать продукцию в Узбекистан и Турцию

То есть узбеки недвусмысленно «ломали» ситуацию в свою пользу. И в итоге, как мы видим, им это удалось — Минсельхоз РК дрогнул и под давлением соседей, и под давлением внутренних лоббистов, получающих выгоды именно благодаря экспорту живого скота.

 

Правила игры

Фермерам, безусловно, работать с узбекскими покупателями выгоднее. Они приезжают сами, грузят скот в свой транспорт и тут же расплачиваются наличными. Не привередничают, никаких справок не требуют. Поэтому сам Азамат Шалмагамбетов не видит смысла запрещать экспорт скота. Государству нужно применить другие механизмы, экономические, чтобы производителям отдавать скот за рубеж было не выгодно. А вариантов эксперты называют тут множество — отказ в возврате НДС при экспорте живого скота; лишение возможности получать субсидии тем, кто экспортирует скот; введение экспортной пошлины.

Ведь сейчас ситуация абсурдная — крупные компании, которые и осваивают основной объем господдержки животноводства (а это десятки миллиардов тенге в год), продают выращенный за счет субсидий скот за границу. И при этом еще и возврат НДС 12% получают. То есть «наказывают» государство дважды. В чем тогда смысл разбазаривания бюджетных средств? Ведь в итоге качественного мяса для внутреннего рынка не хватает, а цены растут, превращая говядину в недоступный огромной части населения деликатес.

Читать по теме: Дефицит мяса в Казахстане превышает 200 тыс. тонн

— Если будут введены экспортные пошлины на живой скот, хотя бы будет не так обидно, что государство, выдавая субсидии, ничего не получает взамен, — резюмировал Азамат Шалмагамбетов. — А сейчас это тупость какая-то, абсурд какой-то. Пусть платят пошлину 200 тенге с килограмма. Это заставит покупателей из Узбекистана цену внутри Казахстана снизить, и мы уже сможем с ними конкурировать. А пока они со своим ценником все высасывают, как пылесосом.

Также переработчики поднимают вопрос и об изменении условий господдержки мясокомбинатов. Сейчас субсидию в 200 тенге на килограмм живого веса фермеры получают, если сдают скот на крупные мясокомбинаты мощностью от 5 тыс. тонн в год. Это создает неравные условия и не позволяет развиваться более мелким участникам рынка. Правила игры необходимо выравнивать.

Сергей Буянов

Узнавайте первыми самые свежие новости агробизнеса Казахстана на нашей странице в Facebook, канале в Telegram, подписывайтесь на нас в Instagram или на нашу рассылку.

article